ЧАСТЬ 1.

Всё началось 6 лет назад, тогда я сделал свою первую затяжку, которая надолго засела в моей памяти…

Последние 3 месяца мне снились кошмары, в которых кто-то из друзей предлагает мне сигарету, и я, под влиянием алкогольной эйфории, протягиваю свою руку навстречу приятному, никотиновому дурману, овладевшему моим разумом и телом раз и навсегда.

Так хочется вернуть всё назад, вернуть события того злосчастного вечера, когда лёгкий бриз озарял моё, тогда ещё детское, лицо солёной морской водой. Всего одно слово, всего одно «нет» и всё могло бы сложится иначе…

Я просыпаюсь в холодном поту, иду на кухню, ставлю чайник. Пока закипает вода, достаю из открытой пачки мальборо сигарету. Фирменный крикет отказывается, подобно Прометею, дарить огонь. Приходится идти в комнату и в одном из многочисленных ящиков искать, подаренную на день рождения, Зиппо. Эта зажигалка была особенно дорога для меня. Её подарила любимая. На зажигалке виднелась красивая гравировка - сердечко с её и моим именами внутри.

От приятных воспоминаний, вызванных этим маленьким символом любви, меня отвлёк свист закипевшего чайника.

Вернувшись на кухню, приготовил себе чашку ароматного кофе, купленного вчера в маленьком магазинчике во дворе.

Что-то сдавило горло. Из самых глубин лёгких раздался уже столь привычный сухой кашель курильщика. Попытка прокашляться закончилась в ванной, когда я склонившись над раковиной отхаркивал сгустки крови из своих лёгких. Смыв, появившуюся на лбу, испарину я вытер своё лицо. Посмотрел в зеркало и увидел смотрящего на меня оттуда умирающего человека: серое лицо, грустный взгляд, тускнеющая жизненная искра… Я взглянул на свои руки. Указательный и средний палец правой руки уже давно сменили свой природный, телесный цвет. Никотиновая желтизна  окутала их своей пеленой.

Чтоб прийти в себя я снова вернулся на кухню, достал из кармана своих, давно затёртых, домашних спортивок подаренную Зиппо. Приятный, еле уловимый, звук только что подкуренной сигареты вернул мне ложное ощущения спокойствия и защищённости.

Допивая кофе, я услышал какой-то шум в комнате… «Любимая проснулась», - подумал я.

Буквально через несколько секунд я увидел её заспанное, столь любимое личико в дверном проёме кухни. «Доброе утро», - сказала она. Я улыбнулся. Приготовил ей кофе, сел напротив. Она пыталась подкурить с помощью давно израсходовавшего свои ресурсы крикета. Я протянул ей её подарок - Зиппо с гравировкой. На её устах невольно появилась улыбка.

Это был мой последний день…

Днём у меня отказали лёгкие. Я камнем рухнул на землю. Сотрудники пытались оказать первую медицинскую помощь, пока ехала карета «скорой». Но врачи ничего не смогли сделать. Я умер. У меня был рак лёгких.

Сейчас я здесь – по другую сторону жизни. Там, где осталось всё, что я любил, меня больше нет.

На первых порах после смерти я долго терзал свою душу различными мыслями, но все они сводились к одному…

Почему я? Почему именно я должен был умереть? Умереть молодым. Мне было всего 20. Ведь так много стариков, которые курят табак с детства и живут, почему я, а не один из тех наркоманов подростков, который со сверстниками в подворотне долбит травку?

ПОЧЕМУ???

Если бы я мог – я б плакал… Но я не мог…

Меня переполняла боль. Нет, не та, которая присуща живому человеку, это была не обычная человеческая, живая боль. Это была боль моей души.

Меня больше нет. И с этим нужно смирится. Нужно, но невозможно.

Я снова сижу на кухне. Передо мной, на своём привычном месте, у окна сидит любимая. Сегодня выдалась пасмурная погода, дождь еле слышно стучит в окно. Именно в такие дни пропадает всякое желание куда-то идти… Я не хочу уходить…

Она сидит напротив. Её уставшие глаза смотрят в моём направлении – туда, где я сижу.

Она берёт со стола зажигалку, всё ту же, подаренную мне, Зиппо. Наверное, ей вернули её вместе с другими моими вещами после того, как я умер.

На её глазах проступают слёзы. Судорожными движениями она кладёт зажигалку на стол.

 «Любимая, я рядом. Всё будет хорошо». Пытаюсь вытереть скатывающуюся слезу, но меня больше нет, и злосчастная слеза плавно падает вниз прямо внутрь гравировки – небольшого сердца.

Она смотрит на пропитанную слезами боли надпись с нашими именами и тихим шёпотом говорит «Навсегда».

 ЧАСТЬ 2.

Прошло уже очень много времени. Я смирился. Смирился с тем, что ничто в этой жизни невечно, да и сама жизнь на моём примере показала, что она имеет свойство обрыватся тогда, когда не ждёшь.

Знаете? Я был счастлив. Очень счастлив, когда она была рядом, когда она просто сидела, а я смотрел на неё и время пролетало незаметно. Слишком незаметно. Почему счастье длится так недолго, а боль переполняет душу годами? Уже прошла целая вечность, как я покинул тот мир, где были мы. Всё могло бы сложится иначе, я мог бы остаться живым и познать всю прелесть жизни, а не лишь мелкую её частичку. Хотя... чтобы было, если бы я остался живым? Я мог бы точно так же её потерять. И жить с этим. Сложно понять, что было бы тяжелее?.. моя смерть или потерять её, расстатся с мечтой при жизни?

В этом мире, в мире после смерти мне её очень нехватает. И я часто думал как бы всё могло быть. У меня ушли на это годы. Хотя здесь и нету определённого времени, всё тянется как один день, одна минута, мгновение жизни... или смерти. Есть ты и пустота, которая наполнена воспоминаниями из прошлого. Порой на устах возникает улыбка, чаще проступают слёзы...

Моя душа долго мучалась сомнениями, которые её терзали. Сомнениями о несбывшемся, о недосказанном, о недоделанном. И я пришёл к одному, простому и очевидному выводу. Всё должно было сложится именно так. Я ДОЛЖЕН был умереть, чтобы дать ей возможность быть счастливой.

В мире живых прошло уже 10 лет с того дня, как я умер. Я прекрасно помню тот день, то утро, предательский крикет, её нежную улыбку...

Я умер, но изо дня в день мой дух витает в царстве живых. Я стал наблюдателем. Я вижу этот прекрасный мир, но он стал для меня неосезаем. Я больше не чувствую прекрасный, цветочный аромат её духов, я больше не могу прикоснутся к её нежной, гладкой коже.

Как ни странно, я до сих пор скучаю за привычкой, которая меня погубила. Я хочу курить. Возможно, чтобы как-то скоротать вечность, возможно, чтобы успокоится, а возможно, для того, чтобы снова ощутить себя ЖИВЫМ.

Я всё в той же квартире, в которой мы с ней жили. За эти 10 лет многое изменилось, ремонт, новая мебель. Я тянусь всё к той же, подаренной когда-то мне, Зиппо. Мои пальцы скользят по воздуху, и я не могу ни к ней даже прикоснутся. Я дух. Я умер. Я смирился.

Она много курила, после того, как я покинул этот прекрасный мир. Она нервно сжимала Зиппо, пытаясь понять, почему так произошло. По ночам она часто плакала, а когда ей удавалось заснуть я стоял рядом и оберегал её сон. Возможно, только когда она спала она была счастлива.

Со временем гравировка с сердцем на зажигалке стералась и надпись уже была еле-еле различимой. Мне всегда казалось, что это невозможно, но я видимо ошибался. В ТОМ мире не осталось почти ничего, что напоминало бы ей обо мне.

Она сменила работу. Со временем у неё появился ухажёр. Да, он был красив, умён. Я стал понимать, что ей хорошо с ним, а меня больше нет... Я всё реже приглядывал за ней, я не хочу рушить её жизнь. Да и не могу, я умер. Но я не хочу делать больно себе, точнее тому, что от меня осталось.

Сегодня я снова остался дома, а Она с тем парнем (теперь он её муж) ушли в театр.

В соседней комнате что-то упало на пол. Это был тихий, глухой удар небольшим предметом об пол. Я решил посмотреть что случилось. Войдя в комнату я понял, что с серванта упала та самая, дорогая моему сердцу, Зиппо. Её поднял с пола и попробывал прочитать вголос стёршевшуюся надпись светловолосый мальчишка с серо-зелёными глазами...

Мальчишке было 10 лет и это был мой сын...